button-pro-crown
PRO accounts for artists
check
Sales via Facebook and Instagram store
check
Managing clients and sales via CRM
check
Artworks mailing lists
check
Sales of reproductions and digital copies
Read more
button-pro-crown
PRO accounts for artists
arrow-toparrow-down
check
Sales via Facebook and Instagram store
check
Managing clients and sales via CRM
check
Artworks mailing lists
check
Sales of reproductions and digital copies
Read more

Директора Гентского музея отстранили из-за лжи о русском авангарде

Скандал с выставкой подозрительных картин русских авангардистов в Гентском музее изящных искусств (Бельгия), привел 7 марта 2018 года к временному отстранению с поста директора Катрин де Зегер, которая была инициатором этой экспозиции.
Директора Гентского музея отстранили из-за лжи о русском авангарде
Напомним, что выставка картин из собрания Игоря Топоровского привлекла внимание общественности после опубликования в январе открытого письма, подписанного экспертами по русскому искусству, которые высказали сомнения в их подлинности. После многочисленных публикаций выставка была закрыта, и администрация города Гент 5 марта собрала заседание экстренного комитета по культуре, на котором от директора музея Катрин де Зегер (Catherine de Zegher) потребовали объяснений. Вопросы, в частности, касались подготовки выставки, а также того, почему комиссия, ранее организованная министром культуры Фландрии для выяснения подробностей, не была в феврале допущена в музей для работы.
Катрин де Зегер и Игорь Топоровский. Фото: www.theartnewspaper.ru со ссылкой на Fondation Dieleghem
Катрин де Зегер и Игорь Топоровский. Фото: www.theartnewspaper.ru со ссылкой на Fondation Dieleghem
На этом заседании, как сообщает газета De Standaard, де Зегер заявила, что музей в течении полугода изучал коллекцию, все документы на картины из коллекции Топоровского были в порядке, а также что ее 35-летний опыт кураторской деятельности позволяет ей легко отличить подлинник от подделки. Второе заявление вызвало удивление у искусствоведов, поскольку де Зегер специализируется на современном искусстве и никогда не занималась русским авангардом.

Кроме того, де Зегер озвучила комитету имена двух экспертов по русскому авангарду, которые, по ее словам, за эти полгода изучения «пришли в такой восторг, что хотели сделать выставку с этими работами». Следующее заседание комитета должно было состояться через два дня, и де Зегер попросили предоставить на него ряд документов, доказывающих ее утверждение.

За это время журналисты De Standaard связались с учеными, чьи имена назвала директор музея в Генте, и результат их разговора оказался удивительным.
На подписи к этой работе указано авторство Василия Кандинского.
На подписи к этой работе указано авторство Василия Кандинского.
Первая из них, Ноэми Смолик (Noemi Smolik) — немецкий арт-критик, чья диссертация была посвящена Кандинскому. По словам Смолик, ее никогда не просили высказать свое экспертное мнение о картинах с гентской выставки. «Я впервые увидела коллекцию, когда ее уже выставили в музее. У меня сразу возникли сомнения. После, до Рождества, меня пригласили в дом Топоровского вместе с другими гостями. Там находилось еще больше произведений искусства. Когда он начал рассказывать нам о происхождении этих работ, я нашла некоторые истории маловероятными. Мне бросилось в глаза, что по некоторым деталям он ничего не мог уточнить. Тогда я подумала: это не может быть правдой», рассказала Смолик журналистам De Standaard. Она добавила, что после визита к дом к Топоровским ей прислали фотографии картины Франтишека Купки с вопросом, не знает ли она кого-нибудь, кто захотел бы ее купить. Это противоречит заявлениям Топоровского, озвученным прессе, что он преследует только культурно-просветительские интересы.
Фото экспозиции в музее Гента.
Фото экспозиции в музее Гента.
Магдалена Дабровски (Magdalena Dabrowski), которая 24 года проработала в МОМА и 10 лет — в музее Метрополитен, рассказала журналистам, что она шокирована тем, что ее имя названо в этой истории. «Я знаю Катрин по Нью-Йорку, но мы не виделись, по крайней мере, десять лет. Она никогда не говорила мне об этой выставке. Она никогда не спрашивала мое мнение о ней. Я видела коллекцию в мае 2017 года, потому что один друг привел меня в дом Топоровского. Но тогда музей уже принял решение», поведала Дабровски.
«Я была озадачена всем этим искусством в том доме, — говорит Дабровски. — Никогда раньше я не видела трехмерной работы Малевича. Я подумала, что это странно». Она задавалось вопросом, как это может быть, чтобы она никогда раньше не слышала о новых картинах столь прославленных художников.

Оба специалиста посоветовали Катрин де Зегер не работать с коллекцией Топоровского.

«Катрин знала, что в арт-кругу много людей, у которых были сомнения, — говорит Ноэми Смолик. — Я была удивлена, что она выставила эти картины. Но она была так уверена в своем деле. После этого ужина у Топоровских я сказала ей, что не верю. В то время выставка уже работала в течение двух месяцев»
. Дабровски посетила Генсткий музей 28 ноября, когда выставка уже работала, и, осмотрев картины, сказала директору, что работы должны были быть проверены с точки зрения провенанса, а также предварительно подвергнуты химическому анализу. «Она должна была это сделать заранее», добавляет эксперт.
Кроме того, для Дабровски стало неприятным сюрпризом то, что ее имя фигурирует в пресс-релизе фонда Игоря Топоровского «Дилегем» (Stichting Dieleghem) сразу после фамилии коллекционера. Ее называли в тексте членом научного комитета фонда.

Еще один удивительный факт: Катрин назвала имена Смолик и Дабровски политикам на заседании 5 марта, в то время как обе дамы еще в самом начале скандала, 29 января, дали комментарий The ArtNewspaper о том, что они не имеют отношения к этой истории.

Статья бельгийских журналистов с мнениями обоих экспертов, чьими именами прикрывалась де Зегер, вышла накануне следующего заседания экстренного комитета. Катрин де Зегер не только не принесла на это заседание затребованные документы, но и предпочла на него вообще не явиться.
Поэтому на заседании 7 марта 2018 года комитет принял решение временно отстранить Катрин де Зегер с должности директора музея.

Во время ее отсутствия управление учреждением возьмет на себя куратор музея Йохан Де Смет. Комитет объявил, что с удалением де Зегер появилась возможность для допуска всеобъемлющего внешнего аудита, при котором все сотрудники смогут свободно говорить о функционировании музея и рассказать, тщательно ли музей изучил предысторию коллекции Топоровского. Из предыдущих сообщений бельгийской прессы было известно, что сотрудникам музея на протяжении последних месяцев запрещали комментировать ситуацию, а также высказывать свои сомнения по поводу коллекции.


Слева направо: «Натурщица» Владимира Татлина, известная работа 1913 года из коллекции Третьяковской
Слева направо: «Натурщица» Владимира Татлина, известная работа 1913 года из коллекции Третьяковской галереи; работа с выставки в Генте, подписанная «Владимир Татлин. Обнаженная, 1914»; картина Вильяма Бугро.
Другая важная проблема, о которой должна была рассказать Катрин де Зегер — вопрос с экспонированием в ее музее знаменитого Гентского алтаря. Помещение, в котором он находится на реставрации, испытывает проблемы с уровнем влажности (перепад до 15%), о чем стало известно еще в декабре 2017 года, однако экстренных мер не было принято, из-за чего великое произведение искусства может серьезно пострадать.
Реставраторы в процессе восстановления внешних панелей Гентского алтаря. Фото: Closer to Van Eyck. С
Реставраторы в процессе восстановления внешних панелей Гентского алтаря. Фото: Closer to Van Eyck. Смотрите также видео Артхива об этом шедевре.
Артхив: читайте нас в Телеграме и смотрите в Инстаграме
Автор материала: Софья Багдасарова. Фотографии предоставлены Е. Захаровым.