Choose a language
Use Arthive in the language you prefer
Sign up
Create an account
Register to use Arthive functionality to the maximum

Любовь до гроба или Искусство - не подарок: как сегодня складываются взаимоотношения государственных музеев и частных коллекций

  2 
Меценаты и коллекционеры прошлого предоставили возможность широкой публике любоваться сокровищами — их собрания составили основу музейных экспозиций. Интересно узнать о современных реалиях взаимных реверансов музейщиков и коллекционеров (дарят, выставляют?), и с фактами да именами оценить тонкую грань «творческой ревности» к тем, кто сегодня имеет возможность пополнять свои собрания дорогостоящими экспонатами.
Любовь до гроба или Искусство - не подарок: как сегодня складываются взаимоотношения государственных музеев и частных коллекций
Любовь до гроба или Искусство - не подарок: как сегодня складываются взаимоотношения государственных музеев и частных коллекций
Благодаря частным коллекциям были образованы музеи во многих странах. Поначалу это были королевские собрания (Эрмитаж, Лувр, Прадо). В XIX веке активными и деятельными поклонниками искусства становились уже не только аристократы, но и купцы, предприниматели (Государственная Третьяковская галерея, Киевский национальный музей русского искусства, Музей Западного и Восточного искусства имени Богдана и Варвары Ханенко). Так, семье украинских меценатов Терещенко-Ханенко, киевляне обязаны ценнейшей коллекцией произведений русских художников, западноевропейского искусства и русской иконы. Правда, как правило, город получал коллекцию либо по завещанию, либо в результате экспроприации и национализации. Как же складываются взаимоотношения Музея и коллекционеров сегодня? Попробуем взглянуть на этот аспект с высоты века ХХI.
Любовь до гроба или Искусство - не подарок: как сегодня складываются взаимоотношения государственных музеев и частных коллекций

«Золотой век» дружбы

В обозримом прошлом Киев, знал немало фанатов, сделавших существенный вклад в пополнение музейных собраний. Особенно большой интерес к находкам в Киевском национальном музее русского искусства наблюдался в 1960−70-х гг. Его сотрудники знали всех коллекционеров (Александр Тульчинский, Дмитрий Стражеско, Цецилия Крыжановская, Вера Бродская, Борис Свешников, Валентина Папазян и др.), помогали им квалифицированными советами, консультировали. В то время вероятность того, что коллекция рано или поздно попадет в музей, была достаточно высока и логична. «Это все равно будет у вас!» — говорил известный киевский педиатр и собиратель живописи Давид Сигалов. Именно так и произошло с его коллекцией. В 1963 г. он подарил музею «Портрет
Портрет – реалистичный жанр, изображающий существующего в действительности человека или группу людей. Портрет - во французском прочтении - portrait, от старофранцузского portraire — «воспроизводить что-либо черта в черту». Еще одна грань названия портрет кроется в устаревшем слове «парсуна» — от лат. persona — «личность; особа». Читать дальше
Петра Михайловича Голицына» Федора Рокотова, а в 1973 — еще 63 произведения живописи и графики разных художников. Впоследствии в 1985 г. по его завещанию Музей получил более 300 произведений живописи и графики.
Давид Лазаревич Сигалов безумно любил искусство, много покупал, при этом тщательно выбирая «предмет

Давид Лазаревич Сигалов безумно любил искусство, много покупал, при этом тщательно выбирая «предмет страсти». И, хотя, первым его приобретением в 1924 году в комиссионном магазине на Крещатике была картина немецкого художника, со временем он сосредоточил свои интересы на одном периоде русской живописи — конец XIX — начало ХХ веков и первой трети 1930-х годов. В его собрание входили, главным образом, произведения художников из объединений «Мир искусства» и «Союз русских художников». Именно это и придало целостности коллекции, несмотря на то, что она не подбиралась по заранее намеченной программе.

Пожалуй, на этом «золотой век» содружества музеев с собирателями, о котором с упоением писала в своей книге «Наши коллекционеры» Эмма Бабаева, ветеран Киевского национального музея русского искусства, закончился.
Правда, не все коллекционеры торопились продавать стоящие работы государству. Друг Давида Сигалова — Александр Данилович Тульчинский, — признавался: «Есть вещи, которые должны быть в музее, но меня пугает, что дом осиротеет». Некоторые старались предложить экземпляры, вызывающие сомнения. Причем, нередко эти же картины потом оказывались у другого любителя живописи.

Иные времена - иные коллекционеры


В советские времена коллекционированием предметов искусства, как правило, увлекались врачи. Как-то так складывалось. Большинство из этих людей необыкновенно увлеченные и влюбленные в свои собрания, фанаты, на покупку картин отдававшие все, что у них было. Очень много работ погибло во время войны и в Киеве мало что сохранилось. Так что большинство коллекций сформировалось в послевоенное время. «Это был очень узкий рынок и круг заинтересованных лиц. Ну, что мог заплатить врач или адвокат? По сравнению с сегодняшними покупками — это несопоставимо. Собиралось отечественное искусство (в основном конца XIX-го начала XX веков, русский авангард), которое особо не ценилось, и его можно было купить за доступную цену. Крайне редко приносилось что-то, что потом оказывалось ценным артефактом. Так в музее появились картины Ивана Шишкина и Николая Ге», — говорит ведущий научный сотрудник отдела выставок Русского музея в Киеве Марьяна Ильинична Кружкова. Формирование коллекций классического искусства, конечно, советскому человеку было недоступно: это требовало больших денег, да и произведения такого уровня считались народным достоянием.

Дарить нельзя продать


Несмотря на социальные и экономические потрясения, собирателей антиквариата и живописи сегодня меньше не становится. Но и отношения между коллекционерами и музеями изменились: они уже не такие душевные, как 20 лет назад. Ведь любой современный собиратель предметов искусства считает своим долгом пополнять свою коллекцию, а не продавать, или уж, тем более, — дарить любимые предметы. Все-таки, над коллекционерами довлеют мысли о судьбе произведений искусства, которые они с такой любовью собирали и в результате могут попасть в равнодушные руки.
К тому же раньше человеку негде было открыто предложить свой арт-товар, а сейчас — немало антикварных магазинов, салонов, где можно выручить какие-то деньги. И если раньше коллекционерам и антикварам особо некуда было идти (либо музей — либо другой коллекционер), то сейчас сформировался достаточно богатый внутренний рынок.

Кто эти люди?


Сейчас коллекционеров много и становится все больше. Как правило, у них хорошее образование, они много путешествуют, знакомы с лучшими мировыми музеями. Это вовсе не «малиновые пиджаки и золотые цепи»! Люди собирают предметы искусства не ради вложения денег, а потому что это — призвание души, хобби.
И для коллекционеров сегодня несравненно большие и финансовые возможности и выбор, есть выход на международную арену. Так, они практически открыто могут принимать участие в иностранных торгах.
И если до 1990-х приватные собиратели представляли достаточно закрытую систему (когда в 1958 году состоялась первая выставка частных коллекций, то в каталоге не указывалось, кому конкретно принадлежат работы), то сегодня владельцы не особо скрывают свои приобретения, участвуют в больших выставках, которые чаще всего и имеют успех благодаря представленным ими артефактам (Александр Фельдман, Игорь Воронов, Игорь Паламарчук, Александр Брей и др.).
Киевский русский музей сотрудничает с собирателями живописи в формате выставок, приглашая их участвовать в проекте «Музей и коллекционеры». Конечно, может быть это не всегда музейный уровень, но достаточно высокий и в определенном аспекте дополняет музейное собрание.
«Я думаю, что все люди небедные в наши дни собирают предметы искусства, — продолжает рассказ Марьяна Кружкова. — Но говорить о целенаправленном масштабном создании коллекций пока не приходится. Для них это как хобби. Они покупают то, что им нравится, того же Шишкина и Айвазовского…».
Известный украинский коллекционер выкупил скульптурные работы Эдгара Дега еще десять лет назад, но п

Известный украинский коллекционер выкупил скульптурные работы Эдгара Дега еще десять лет назад, но показать их в Украине решился в феврале 2011 года на Большом скульптурном салоне в Мыстецком Арсенале. После закрытия салона скульптуры отправятся туда, где и пребывали до сих пор — во Францию.

Любовь до гроба или Искусство - не подарок: как сегодня складываются взаимоотношения государственных музеев и частных коллекций
Картина Ильи Репина «Портрет мадам Алисы Ривуар» за $2,04 млн была приобретена Алиной Айвазовой (экс-супругой Леонида Черновецкого) на одном из европейских аукционов в июне 2009 года. Редкий случай, когда имя покупателя стало известно зарубежным информагентствам.

Музей: статика неплатежеспособности


В отличие от частного покупателя — коллекционера, музей за предметы искусства сегодня ничего заплатить не может и пополняется за счет произведений современных авторов, порой — передачи конфиската, что тоже случается все реже. Работа над пополнением коллекции в музеях продолжается, хотя, в последнее время государство на это не выделяет средства. Да и сейчас на фоне рыночной экономики музей не конкурентоспособен. Увы, никакой динамики в пополнении не наблюдается.
Так что «…любое дарение коллекции во все времена и во всех странах — явление исключительное, — говорит Марьяна Кружкова. — В дар никто не собирается ничего передавать. А на свои картины можно всю жизнь смотреть! Собиратели платят за эти предметы огромные деньги, и для них каждое произведение искусства — как ребенок. Мы им благодарны уже за то, что они дают их нам на временное экспонирование. Но если кто-то что-то подарит — берется все. Даже если из 100 только 20 настоящие — уже хорошо. Сигалов, например, подарил 300 работ, и из них было 150 настоящих. Он ведь покупал, прежде всего, то, что нравилось ему самому».

Еще не время?


К сожалению, наша страна и наша культура потеряла десятки первоклассных произведений именно по той причине, что до сих пор законодательно или на иных правовых основаниях не предпринимаются шаги для сохранения предметов искусства, находящихся в частных руках.
Во всем мире культурные институции живут за счет меценатов. Ни у одного государства в мире нет достаточно средств «содержать культуру», которая везде дотационная. Однако, во многих странах есть преференции в виде освобождения от налогов. Остается ждать законов, поощряющих меценатство в такой степени, что это будет по-настоящему выгодно.
Рой Лихтенштейн (1974)
Промышленник и коллекционер произведений искусства Стефан Эдлис и его супруга

Рой Лихтенштейн (1974)
Промышленник и коллекционер произведений искусства Стефан Эдлис и его супруга Гаэль Нисон пожертвовали Чикагскому институту искусств более 40 образцов современного искусства и поп-арта из своего собрания. Крупнейший в истории музея дар оценивается в 500 миллионов долларов и включает 9 трафаретов Энди Уорхола, четыре картины Герхарда Рихтера, три полотна Джаспера Джонса и две работы Роя Лихтенштейна.

В 2003 г. Билл Гейтс передал музею своего родного города Сиэтла купленное им на аукционе в 1994 г. за $ 30,000,000 — собрание рукописей Леонардо да Винчи — Codex Leicester. В США меценатская деятельность не облагается налогом. Деньги меценатов составляют 70% средств, которые направляются на развитие культуры.
Титульная иллюстрация: Зинаида Серебрякова. Автопортрет
Автопортреты писали не только художники-портретисты. Познание мира через исследование собственного образа широко распространено среди мастеров кисти всех времен. Читать дальше
Портрет – реалистичный жанр, изображающий существующего в действительности человека или группу людей. Портрет - во французском прочтении - portrait, от старофранцузского portraire — «воспроизводить что-либо черта в черту». Еще одна грань названия портрет кроется в устаревшем слове «парсуна» — от лат. persona — «личность; особа». Читать дальше
. 1907 г. Из коллекции Д.Л.Сигалова