Welcome to the brand new Arthive! Discover a full list of new features here.

button-pro-crown
PRO accounts for artists
check
Sales via Facebook and Instagram store
check
Managing clients and sales via CRM
check
Artworks mailing lists
check
Sales of reproductions and digital copies
Read more
button-pro-crown
PRO accounts for artists
arrow-toparrow-down
check
Sales via Facebook and Instagram store
check
Managing clients and sales via CRM
check
Artworks mailing lists
check
Sales of reproductions and digital copies
Read more

Третьяков, Мамонтов, Кокорев: коллекция меценатов

Завсегдатаями их чаепитий были Леветан, Репин, Серов и Куинджи. Сами они не писали картин, зато подарили поколениям полотен больше, чем иной художник: ведь первые русские коллекционеры не просто собирали живопись. Они основывали публичные галереи и позволяли мастерам творить в свое удовольствие. Судьбы этого меценатского трио порой переплетались, как голоса знаменитых теноров. Итак, на сцену! В декорациях из бесценных картин русских художников.
Третьяков, Мамонтов, Кокорев: коллекция меценатов

«Русский самородок» Василий Кокорев

Один из первых богачей XIX века на искусство не скупился. Примечательно, что известного коллекционера живописи и мецената Василия Кокорева (1817 — 1889) русские художники принимали в своих мастерских первым, и только потом приглашали войти Третьякова.

Предприниматель и почётный член Академии художеств пришел к успеху благодаря «винным откупам» — пошлине на продажу алкоголя, введенной Петром I. Кстати, так фамилия деятеля запечатлелась еще и в русской литературе, правда, с негативной коннотацией: термин «кокоревская водка» подразумевал весьма сомнительное пойло.

Позже Василий Кокорев стал первопроходцем нефтяной промышленности страны и учредителем крупнейшего российского банка. Но главное — он позволял живописцам, признанным сегодня классиками, не задумываться о хлебе насущном.

На его «Академической даче» писали Репин, Куинджи, Серов, Чистяков, Рерих, Левитан… Посему, поэты и пыжились, пытаясь выдавить из себя хоть какую-то рифму к фамилии «Кокорев».

К своему возвышению «из грязи в князи» сам Василий Александрович относился с иронией. Как-то раз на аукционе он даже приобрел огромный золотой лапоть, который поставил на письменном столе, объясняя, что он и сам похож на этот нехитрый простолюдинский атрибут, сделанный из драгоценного метала.

Не имея художественного образования и полагаясь исключительно на собственный вкус и чутье, он собрал отличную коллекцию пейзажев, исторической и жанровой живописи, которую демонстрировал в перовой публичной галерее. Стоимость билета по будням составляла 30 коп, по выходным — 10, что по тогдашним меркам, не дешево. Среди 500 картин были полотна Айвазовского, Брюллова, Ван Дейка. Кстати, этой весной 85 работ из коллекции Кокорева демонстрировали в Государственном Русском музее.

Однако регулярная критика государственных устоев не сошла покровителю русского искусства с рук: столь прибыльные откупы у Кокорева отняли, а судам его пароходства запретили покидать воды отечества. Тогда-то коллекционеру и пришлось расстаться со своим художественным собранием, которое, к счастью, выкупил и передал Русскому музею Александр III.
Третьяков, Мамонтов, Кокорев: коллекция меценатов
Третьяков, Мамонтов, Кокорев: коллекция меценатов
Третьяков, Мамонтов, Кокорев: коллекция меценатов
Третьяков, Мамонтов, Кокорев: коллекция меценатов

Савва Мамонтов - папа «Девочки с персиками»

В детстве выходец из богатой семьи и будущий известный меценат Савва Мамонтов (1841 — 1918) прослыл не особо прилежным учеником из-за исключительной нелюбви к латыни. В юности гораздо больше юриспруденции его прельщал театр, а посетив Италию, он всерьез увлекся вокалом. Однако, несмотря на тягу к прекрасному, Мамонтов был избран гласным Городской думы и стал акционером крупных предприятий по строительству железных дорог.

Женившись на купеческой дочери Елизавете Сапожниковой, не меньше его пристрастной к искусству, деятель создал вокруг себя весьма именитую творческую «тусовку». Помните ту самую «Девочку с персиками»? Для её написания Серову позировала Вера Мамонтова, дочь русского мецената, владельца эпицентра богемной жизни конца ХIХ века, имения Абрамцево, где собирались Репин, Васнецов, Поленов, Врубель и сотоварищи. Хоть Савва Мамонтов и не был отпетым коллекционером, в финансовой поддержке художникам не отказывал. Примечательно, что и сам благодетель «баловался» искусством: нет-нет, да и создавал скульптуру-другую.

В отличие от Третьякова и Кокорева, основывать галерею чета Мамонтовых не стала, хотя полученных в дар от авторов полотен в их доме становилось все больше. Среди них — васнецовские «Витязь на распутье» и «Битва русских со скифами», коровинские «Натурщица в мастерской художника» и «Испанки».

Волею судеб, из-за большой кредитной задолженности покровитель русской культуры был вынужден продать акции железнодорожного предприятия. Однако это не спасло его от нескольких месяцев тюрьмы. Имущество прославленного филантропа и жертвователя, но, к сожалению, неудачливого бизнесмена, ушло с молотка. Большинство картин попали в частную собственность. После смерти хозяина усадьба «Абрамцево» превратилась в музей, в котором и сегодня хранятся уцелевшие произведения искусства.
Recommended artworks:
Andrew Lumez. Bridge
Bridge
2022, 30×40 cm
$86.00
Original
Andrew Lumez. The pitfalls
The pitfalls
2022, 30×40 cm
$77.00
Original
Natalia Priputnikova. Dew
Dew
XXI century, 50×50×2 cm
$310.00
Original
DENIS KIRILLOVICH MERPERT. Reproduction of paintings by Denis Merpert. Digital format
Reproduction of paintings by Denis Merpert. Digital format
XXI century, 100×70 cm
$659,780.00
Copy
Natalia Priputnikova. Provence
Provence
2021, 70×50×2 cm
$425.00
Original
Natalia Viktorovna Tyuneva. Venice
Venice
2022, 60×100 cm
$1,119.00
Original
Eugenia Alekseevna Denisova. "The Mystery of White Objects."
"The Mystery of White Objects."
20.12.2020, 4×80×90 cm
$1,067.00
Original
$551.00
Copy
Copies
$551.00
Copy
Victoria Burton. Baltic Serenity
Baltic Serenity
2020-th , 30×40 cm
$86.00
Original
ArtorDie. Medusa
Medusa
2020, 150×90×3 cm
$9,294.00
Original
Третьяков, Мамонтов, Кокорев: коллекция меценатов
Третьяков, Мамонтов, Кокорев: коллекция меценатов
Третьяков, Мамонтов, Кокорев: коллекция меценатов
Третьяков, Мамонтов, Кокорев: коллекция меценатов
Третьяков, Мамонтов, Кокорев: коллекция меценатов

«Неулыба» Третьяков

Его фамилия, пожалуй, известна даже людям, к искусству глубоко равнодушным. Предприниматель, зять Саввы Мамонтова, известнейший меценат и коллекционер русской живописи, оставивший потомкам «Третьяковку», Павел Третьяков (1832 — 1898) был настоящим интровертом: молчаливым и аскетичным. Он не устраивал застолий, всегда просыпался в 6, а ложился за полночь, редко обновлял гардероб, в день позволял себе выкуривать лишь одну сигару. Не зря еще с детства родня прозвала его «неулыбой».

Он был очень счастлив в семейной жизни, которая, правда, всерьез омрачилась смертью одного сына и болезнью другого. Начав собирать свою коллекцию в 28, лет Павел Третьяков, изначально имел намерение передать ее городу — Москве. «Для меня, истинно и пламенно любящего живопись, не может быть лучшего желания, как положить начало общественного, всем доступного хранилища изящных искусств, приносящего многим пользу, всем удовольствие». Он получал образование в музеях по всему миру, общался с художниками, посещал мастерские и выставки, обучился ремеслу реставратора. Так он быстро оказался на хорошем счету у деятелей искусства, в частности, у передвижников, которые уступали картины для коллекции Третьякова по «бросовым» ценам.

Коллекционеру приписывали и просто-таки колдовское чутье: порой его выбор останавливался на никому не известной и непопулярной картине, которую вскоре признавали шедевром.

Благодаря инициативе Павла Михайловича увековечить на полотнах выдающихся русских писателей и ученых, до нас дошли портреты Достоевского, Некрасова, Толстого, Салтыкова-Щедрина…

В 1874-ом, когда принимать посетителей, интересующихся коллекцией, для Третьяковых стало обременительно, для собрания картин была построена галерея. Молва о ней быстро разошлась по городам и весям не только России, но и Европы. Спустя 18 лет основатель передал крупнейший музей страны в государственную собственность, скромно отказавшись от предложенного Александром III дворянского титула.

Последним заветом Павла Третьякова перед смертью стали слова: «Берегите галерею и будьте здоровы».
Третьяков, Мамонтов, Кокорев: коллекция меценатов
Третьяков, Мамонтов, Кокорев: коллекция меценатов
Третьяков, Мамонтов, Кокорев: коллекция меценатов
Третьяков, Мамонтов, Кокорев: коллекция меценатов